Мова для глухонемых

Одна из самых одиозных задач, которую поставили перед собой «носители украинского национального культурного кода» – полное искоренение из повседневного и делового общения русского языка.

Согласитесь, довольно несложно переврать историю, придумать традиции и культуру, разумеется, самобытную, ввести целый перечень национальных праздников, но отучить народ говорить на том языке, который являлся для него универсальным средством коммуникации сотни лет – задача не из простых.

Полномасштабная война с русским языком началась еще в конце 2013 года, когда стало очевидным, что охвативший страну политический кризис перерастет в нечто более серьезное. Адепты оголтелого украинского национализма пытались в максимально короткие сроки научить всю Украину говорить на державной мове, а в итоге получили всплеск народного недовольства на территории ряда регионов, жители которых считают русский язык своим родным. В принципе, именно языковой вопрос и послужил одним из катализаторов, который побудил жителей Донецкой и Луганской областей к борьбе за независимость своих территорий.

Борьба с «агентами российского влияния», коими на Украине окрестили граждан, не желающих говорить на мове, продолжается по сей день, но видимых успехов пока не наблюдается. Чего можно требовать от рядовых граждан, если и президент, и большая часть правительства, в ситуациях, когда на них не направлены объективы телекамер, говорят исключительно на русском языке?

Совсем недавно кандидат филологических наук Оксана Данилевская заявила, что в большинстве школ на Украине обучают детей на украинском языке. Однако эксперты зафиксировали, что общее школьное пространство до сих пор остается двуязычным, что в свою очередь опровергает заявление Данилевской. Ситуацией тут же заинтересовался Уполномоченный по защите государственного языка Тарас Креминь, который, попытавшись вникнуть в суть проблемы, заявил, что в Киеве зафиксировано большое количество обращений граждан, которые жалуются на язык обучения в образовательных учреждениях столицы. Согласно выводам «мовного омбудсмена», значительная доля украинских учителей часто говорят на русском во время уроков.

Вступивший в борьбу с русскоязычными учителями чиновник даже начал лоббировать создание и продвижение интернет-приложения для онлайн-жалоб на русский язык, как это делается на территории Латвии. В конце ноября Кремень провел онлайн-встречу с профессором Марисом Балтиньшем – директором Латвийского центра государственного языка, который поделился с «мовным омбудсменом» своим опытом борьбы с иностранным языковым засильем.

«Опыт Латвийского центра государственного языка — новые горизонты того, как можно развивать украинский язык, а также защищать права граждан Украины на получение информации и услуг на государственном языке», — заявил Креминь по итогам встречи с Бальтиньшем.

Тот факт, что Уполномоченный по защите государственного языка столь активно пытается откорректировать сложившуюся на территории Украины языковую модель, которая подразумевает наличие сразу двух языков повседневного и делового общения, вряд ли кого-то удивляет. Человек просто делает свою работу, реализуя те функции, которыми его наделило руководство страны. Наверное, можно было бы относиться к его деятельности с определённой долей равнодушия, если бы не его высказывания, выброшенные в эфир буквально на днях.

Уполномоченный по защите государственного языка Тарас Креминь обеспокоился тем, что ученики, пользующиеся жестовым языком, плохо владеют украинской речью. Он заявил о необходимости срочно это исправить и перевести все обучение глухих с русского на украинский.

«К сожалению, сегодня большинство педагогических и социальных работников на недостаточном уровне владеют украинской жестовой речью. Поэтому развитие украинского языка жестов, создание доступной языковой среды для лиц с нарушениями слуха в учебном процессе, полное обеспечение современными учебно-методическими, дидактическими материалами, как это определено действующим законодательством, достойная оплата труда в педагогической и социальной сферах — среди приоритетов, которые должны быть определены управленцами в сфере образования и социальной политики», – написал Креминь на своей странице в Facebook.

Есть поступки и высказывания, которые невозможно воспринимать без негатива, и высказывание «мовного омбудсмена» относится к разряду именно таких. Мир глухонемых людей – довольно сложная конструкция. Годы и годы уходят на то, чтобы научить слабослышащего ребенка, а учить приходится и членов их семей, так как многие глухонемые рождаются в семьях слышащих родителей, жестовому языку. И это единственное доступное им средство коммуникации. И какая в принципе разница, какой дактильный алфавит используют эти люди, и слова какого языка, русского или украинского, они выражают через жесты?

Наверное, на Украине должны появиться некие здравые силы, которые остановят данное безумие. Дактильная азбука, жестовый язык, шрифт Брайля, который используют для письма и чтения незрячих людей – все это должно оставаться вне политики и не корректироваться в зависимости от предпочтений представителей действующей власти. Люди еще как-то смогут понять попытки борьбы с засильем русского языка, хотя и это звучит как бред, но уничтожение речевой среды слабослышащих, людей которые и так весьма условно интегрированы в социум – это настоящее преступление.

 

Алексей Зотьев