Чем угрожает внешнеполитическая «ходорковщина»? / Владимир Павленко

Чем угрожает внешнеполитическая «ходорковщина»? / Владимир Павленко

Почему олигархический «Карфаген» должен быть разрушен

Продолжая тему взаимного соотношения экономики и политики, которую мы разбирали на примере ситуации с Курилами, тесно связанную с особенностями менталитета значительной части российской «элиты», попытаемся разобраться в том, откуда берется такая абсолютизация экономического интереса, который она ставит вперед всего и агрессивно навязывает эту точку зрения обществу.

А берется эта абсолютизация с Запада, и прикрывается она апелляцией к материальным интересам, отделенным от духовных ценностей: «ешь, пей, жуй». И марксистский экономический детерминизм здесь ни при чем. От слова совсем. Потому, что он был здорово подправлен сталинской практикой, и в чистом виде остался еще в ранней довоенной эпохе. А вот на Западе подобный «экономизм» опирается на прочный метафизический фундамент наиболее агрессивной и близкой к масонству версии протестантизма – на кальвинизм, проповедующий «богоизбранность» богатства.

Поскольку в те же самые игры ввязался и Ватикан, который с помощью наделенных папской экстерриториальностью орденов обходил канонический запрет ростовщичества и благодаря этому успешно конкурировал с еврейскими торговцами, идея исключительности имущих классов вошла и в англиканство, представляющее собой смесь кальвинизма с католицизмом. И там не просто прижилась, а стала «альфой и омегой» англосаксонской идентичности. Ведь не случайно, что только в английском языке существует специфическая, даже не классовая и не вполне сословная, а скорее кастовая градация: «our betters» — «наше все» и «the lesser breed» — «низкое отродье».

Ну а холуйское западничество значительной части нашей «элиты» ни для кого не секрет. По любой дороге от Москвы, и сразу за кольцевой «околицей» начинаются все эти бессчетные «довилли», «уайт-хаусы» и прочие «вилладжи». В условную Ивановку или Макарьевское их обитателей явно не тянет. Низкопоклонство перед чужим в сочетании с презрением к своему у них выплескивается вот так, подсознательно, на топографическом уровне.

Поэтому чтобы понять, чем на подсознательном уровне руководствуются неоперестроечные «архитекторы» «Курильского Мюнхена», нужно обратиться к тому, как выстраивается взаимодействие политики и экономики на Западе, где по представлениям «отечественной», так сказать, «элиты» восходит и никогда не заходит солнце.

Попробуем. Итак, политику изучают по официальным материалам – межгосударственным договорам и соглашениям, хартиям, уставам и прочим документам различных международных организаций, в том числе неправительственных и некоммерческих. На внутреннем уровне – по конституциям и законам, правительственным и парламентским документам, программам и уставам ведущих партий, общественных организаций, по СМИ и так далее.

С одной стороны, это все и к экономике относится. Во всех перечисленных документах имеется экономическая составляющая и далеко не второстепенная, очень часто – ведущая. С другой стороны, с точки зрения самой экономики это еще далеко не все. Ибо в самое главное в ней – такая вещь, как корпоративные интересы. Попросту – бизнес-интересы. Так вот изучаются они не столько по контрактам и соглашениям, сколько, прежде всего, по структуре акционерного капитала.

По составу акционеров и их связям, а также по раскладам долей собственности в этой структуре можно судить не только о публичных, но и о закрытых от общественности корпоративных и групповых интересах. Не случайно структуру акционерного капитала так любят скрывать; даже термины такие появились: «подставные собственники», «конечные бенефициары». Официально владеть могут одни, а на самом деле это марионетки других, настоящих владельцев, которые просто не хотят светиться.

Влияют ли корпоративные интересы на политику? Конечно! Зададимся простым, казалось бы, вопросом: у кого находится власть в США? Скажут: конечно же, у Республиканской партии, раз президентом является республиканец Дональд Трамп.

Не все так однозначно. Даже в публичной сфере помимо президента, который возглавляет исполнительную власть, существует законодательная власть – Конгресс, который уже почти два года с Трампом воюет, и сам президент даже не пытается скрывать, что некоторые политические решения, например, по ужесточению антироссийских санкций, он принимает под давлением сенаторов и конгрессменов. Еще имеется судебная власть, а также власть следственных органов; например, расследование в отношении Трампа, которое ведет спецпрокурор Мюллер.

Но главное даже не это, а другое. Вот интересная цитата из одного предвоенного донесения советской разведки И.В.Сталину – о расстановке политических сил в США и о том, в чьих руках там находится реальная власть.

«Подлинным закулисным правительством США является национальная ассоциация промышленников (сокращенно НАП), в которой задают тон около 400 сверхбогачей Америки. Это мозговой трест монополистического капитала США. Государственный аппарат США формируется руководством НАП (так называемый круглый стол, в котором заседают 10 самых крупных миллиардеров) из профессиональных буржуазных политиков, хорошо известных монополиям и полностью зависимых от них в экономическом отношении.

Не случайно еще в 1914 году тогдашний президент США Вудро Вильсон писал в своей книге “Новая свобода”: “Хозяева правительства Соединенных Штатов – это союз промышленников и капиталистов Соединенных Штатов”».

Из этого донесения следует, что настоящая власть в США в руках олигархов, а политики – это их марионетки.

Хорошо, а в Британии, скажем, как? И там точно так же. И хотя при королеве существует Тайный совет, составленный в основном из лордов, тем не менее, политиков все равно выдвигает крупный бизнес. Именно он соединяет интересы аристократии с бюрократией, а Букингемского дворца и палаты лордов с палатой общин. Вот еще один фрагмент из того же донесения.

«Черчилль, после освобождения с поста (военного) министра (1915 г.), фактически был надолго устранен из политической жизни Англии: не только не попадал в правительство, но и неоднократно проваливался при выборах в парламент. Вынужден был зарабатывать на жизнь продажей нарисованных им картин под псевдонимом художника Чарльза Морена и литературным трудом.

Его финансовое положение существенно поправилось после получения наследства от умершей дальней родственницы маркизы Лондондерри. Очень похоже, что получение наследства лишь фиктивное прикрытие финансирования Черчилля определенными закулисными кругами (прежде всего, американскими)…

На сегодня пока точно известно одно, что его финансовое благополучие существенно поправилось после того, как у него установились дружеские связи с американским закулисным деятелем Бернардом Барухом, имеющим большое влияние на президента Франклина Рузвельта и поддерживающего тесные взаимоотношения с видным английским политическим деятелем лордом Бивербруком, ставшим вскоре близким другом Черчилля. Впоследствии именно Бернард Барух наладил тесные связи Черчилля с Рузвельтом, а затем посоветовал ему стать премьер-министром Великобритании, организовав поддержку этого мероприятия американскими правящими кругами».

Оказывается, Черчилля привели в кресло премьер-министра отнюдь не британские избиратели и даже не британские парламентарии. А связка двух ключевых олигархов США и Великобритании – Бернарда Баруха и Уильяма Бивербрука, магната в сфере СМИ. Добавим к этому и то, что деньгами британского государства с 1815 года – и по 1946 год – официально распоряжалось семейство Ротшильдов. Банк Англии – это акционерное общество, и Ротшильды владели контрольным пакетом его акций.

В 1946 году Банк Англии национализировали – и что? И – ничего! Список акционеров засекречен, но имеется информация из достоверных западных источников о том, что как минимум блокирующим пакетом владеет близкая к тем же Ротшильдам компания «Jardine & Matheson Holdings», в которой заправляет семейство Кезуиков. А Банк Англии, в свою очередь, является главным акционером Федеральной резервной системы (ФРС). Вот так происходит доступ в американские и британские верхи.

Черчилль — это исключение или правило? Говорят, что в 1950 году, на 60-летии Дуайта Эйзенхауэра – четырехзвездного генерала американской армии, который в 1944-1945 годах командовал экспедиционными силами союзников на Западном фронте, сам юбиляр, обращаясь к одному из высокопоставленных гостей, произнес следующий тост. «Двадцать пять лет назад, когда я был простым майором и попал в сложную жизненную ситуацию, Господь сподобил меня на самый правильный шаг в моей жизни – обратиться за советом к господину Баруху. И я вам, мистер Барух, очень признателен».

Через два года после того торжества Эйзенхауэр становится кандидатом в президенты США, еще через год выигрывает выборы и въезжает в Белый дом на долгие восемь лет. Уходя из которого в январе 1961 года произносит ставшую знаменитой речь, в которой предупреждает американцев о чрезмерном влиянии теневых сил, стоящих за военно-промышленным комплексом. Еще через два года о том же самом незадолго до своей трагической гибели говорит уже следующий президент Джон Кеннеди.

Так влияние бизнеса на политику — исключение или правило? Вот ответ:

«Вопрос о реформе тарифов должен быть форсирован через организацию, известную как Демократическая партия, а вопрос о протекционизме на основе взаимности должен быть в ускоренном порядке рассмотрен через Республиканскую партию. Разделив таким образом электорат, мы сможем переключить их растрачивание своей энергии на борьбу за вопросы, не имеющие для нас никакого значения, не считая того, что мы при этом будем в роли водителей толпы».

Это из Манифеста банкиров, датированного еще 1892 годом. Он долгое время считался фальшивкой, пока в 1934 году его не опубликовал «Ежемесячник служащего» — справочное издание Конгресса США, которое распространялось среди сотрудников его аппарата. Значит, это правда?

А вот откровения будущего президента США Вудро Вильсона, датированные 1907 годом, за пять лет до его победы на выборах. «Необходимо создание комитета из шести или семи человек, движимых заботой об интересах общества, — пишет Вильсон и уточняет, – таких, как Дж. П. Морган, чтобы управлять делами нашей страны».

Не секрет, что Вильсона вели к власти под обязательство создать ФРС. Он это обязательство исполнил менее чем за год, первым делом, как пришел к власти. Потом было много чего еще, вплоть до Версальского мира и Лиги Наций, в которую США, однако, так и не вступили. Помешали не внутренние причины, вроде управляемой, на самом деле, обструкции республиканцев, а Великий Октябрь, обесценивший Версальский миропорядок.

Другая цитата – печальный итог жизни, который подвел себе сам Вильсон, уже сходивший с политической сцены, разбитый параличом и прикованный к постели: «Я самый несчастный человек. Я по недоразумению разрушил свою страну. Великая индустриальная нация контролируется системами кредита. Развитие страны, а, следовательно, и вся наша деятельность находятся под контролем нескольких людей. Мы пришли к худшей форме управления, к наиболее контролируемому и подавленному правительству в цивилизованном мире».

Единственное, что в этой цитате вызывает сомнение, — то, что Вильсон это проделал будто бы «по недоразумению».

А теперь повторим заданный вопрос: так кто же управляет крупнейшей в мире капиталистической страной – США? И перейдем от истории к современности.

Посмотрим на карту нефтяного рынка США, основного, системообразующего для этой страны потому, что после отмены в 1971 году золотого «покрытия», доллар, по сути, оказался привязан именно к нефти. И именно нефть находится в центре интересов ведущих американских олигархов, прежде всего, семейства Рокфеллеров.

Этот рынок разделен на три части. Атлантический Восток США – это сфера влияния компании ExxonMobil, тихоокеанский Запад страны – компании Chevron, срединный Средний Запад — вотчина королевской British Petroleum (BP), которая теснейшим образом связана с Ротшильдами. И они же владеют и другой крупной британской нефтяной компанией Royal Dutch Shell. Для полноты информации уточним, что Exxon – это бывшая Standard Oil of New-Jersey, Mobil — бывшая Standard Oil of New-York, Chevron — бывшая Standard Oil of California, а Amoco, вступающая с ними в региональные бизнес-альянсы, – бывшая Standard Oil of Ohio.

Standard Oil – материнская компания основателя династии Рокфеллеров Джона Дэвисона Рокфеллера. В 1911 году Верховный суд США в соответствии с антимонопольным законодательством разделил ее на 34 компании, в результате чего общая капитализация выросла в 3,5 раза. Когда к игравшему в гольф Рокфеллеру прибежали журналисты с новостью о решении Верховного суда, тот улыбнулся и посоветовал: «Покупайте! Срочно покупайте!».

Это афера беспрецедентного масштаба, которую Рокфеллер ясно, что провернул при соучастии в этом экономическом преступлении судебных властей США. Кто их надоумил? Крупный финансово-олигархический бизнес – преимущественно банковский. Ведь 1911 год – это за год до победы на выборах Вудро Вильсона, за два года до создания ФРС и за три — до начала Первой мировой войны…

Но и это не все. Бизнес устроен таким образом, что у каждой компании есть главный акционер или, если их несколько, главные или мажоритарные акционеры, владеющие контрольным или блокирующим пакетами акций. Еще у каждой компании есть миноритарии.

И у первых, и вторых имеются общие интересы, которые те и другие совместно отстаивают на политическом уровне. В этом случае правомерно говорить о формировании бизнес-кланов, тесно связанных с другими игроками. Вот эти связи и есть основа закрытых транснациональных субъектов, которые превращают политику в инструмент продвижения интересов бизнеса.

И если посмотреть на то, какие именно группы акционеров формируются вокруг компаний, которые показаны на этой карте, то выясняется, что Америкой управляет никакой не Трамп и не Конгресс. А кто? Во-первых, альянс Рокфеллеров с Ротшильдами и британской королевской семьей, связанной с другими королевскими дворами, прежде всего, с династией Саудов. Во-вторых, Америкой также управляет Ватикан, точнее, находящийся в нем у власти орден иезуитов.

В-третьих, неоконсерваторы, связанные с нефтяными кланами Техаса, близкими к семействам Бушей и Чейни. Например, у «дьявола во плоти» — покойного супертеррориста Осамы Бен Ладена – с Бушами был общий бизнес в США, группа компаний Carlyle. В-четвертых, ряд влиятельных физических лиц и семей из лондонского Сити и нью-йоркского Уолл-стрита.

В-пятых, если иметь в виду, что доллар печатает ФРС, которой владеют те же самые британские и американские семьи, и что он привязан к нефти, то выяснится, что управляют Америкой еще и кланы, являющиеся акционерами Банка Англии и ФРС.

Кто конкретно, кроме Ротшильдов? Как показали некоторые американские исследователи, приоткрывшие завесу секретности над списком акционеров ФРС, это семьи Рокфеллеров, Морганов, Леманов, Варбургов, Лазаров, Мозесов, а также инвестиционная «фирма» Goldman Sachs, объединяющая контроль над активами Ротшильдов в США.

А теперь вспомним о том, что докладывала Сталину разведка: фактическим правительством Америки является Национальная ассоциация промышленников, во главе которой стоит некий круглый стол из десятка банкиров.

Что-нибудь изменилось с тех пор? Да, изменилось – в сторону еще большего укрепления олигархической власти. Если при Рузвельте промышленная ассоциация не имела официального статуса и присутствовала во власти неформально, то сейчас этот статус она получила. В 1993 году, заметим, что после распада СССР, в США был создан Национальный экономический совет (НЭС), который является правительственным агентством, входящим в состав администрации.

Его возглавляет сам президент, а реально управляет президентский советник по экономической политике, как правило, из представителей финансовых компаний и связанных с ними кругов. В функции НЭС входят координация внутренней и внешней экономической политики, подготовка аналитических докладов и проектов решений президента, а также мониторинг результатов.

Иначе говоря, официальным правительством США является администрация, а фактическим – НЭС, который следит за тем, чтобы не ущемлялись интересы олигархии. США же владеют решающим голосом в ведущих международных финансовых организациях – МВФ, группе Всемирного банка, ВТО и других. Перед нами – важнейший рычаг управления мировой экономикой в американских и в целом западных интересах.

В заключение вспомним говорящую «дружбу» в 90-е годы вице-премьера ельцинского правительства Анатолия Чубайса с заместителем главы минфина США на тот момент Лоуренсом Саммерсом. В дальнейшем он возглавил тот самый НЭС, а в 2013 году с подачи Барака Обамы едва не занял пост председателя совета управляющих ФРС.

Помнится, когда Чубайс и Березовский в ходе «большого хапка» не поделили добычу, которая олигархам раздавалась на залоговых аукционах, БАБ «слил» в СМИ инструкции Саммерса Чубайсу по финансовой политике российского правительства. Еще он тогда организовал скандал с «делом писателей», после которого подручные Чубайса – Кох, Мостовой, Бойко, Вавилов – с треском вылетели из Кабинета министров. Это был тот редкий случай, когда один из сцепившихся между собой воронов выклевал другому глаз.

И что такое «Курильский Мюнхен» в этом смысле? Нашего экскурса в историю марионеточной зависимости власти на Западе от крупного бизнеса вполне достаточно для того, чтобы сделать очевидный вывод: российская олигархическая буржуазия стремится воспроизвести эту модель, подмяв власть под себя и заставив ее действовать в своих интересах.

Это мы уже проходили: за попытку продажи на Запад практически трети ресурсного углеводородного потенциала нашей страны «десяточку» огреб Михаил Ходорковский, этот подельник Джорджа Сороса, оптом и в розницу скупавший партии, даже создавший «свою» фракцию в КПРФ. Грезивший трансформацией России из президентской в парламентскую республику, управлять которой «из тени» собирался сам.

Власть вовремя поняла этот замысел и Ходорковского остановила. Сейчас «поумневшие» олигархи уже не лезут на рожон, а пытаются повторить этот сценарий изнутри власти, опираясь на свое влияние в экономическом блоке правительства. Попытка встречных действий со стороны президентских структур потерпела неудачу: всем памятна инициатива советника Андрея Белоусова по изъятию сверхдоходов, против которой правительственные либералы объединились не с президентом, а с олигархами.

«Курильская» эпопея показывает, что «выиграв» на этом антинародную пенсионную «реформу», либералы развернули наступление не только на внутреннем, но уже и на внешнеполитическом фронте. Если год назад их «говорящая голова» в околовластных кругах Алексей Кудрин лишь осторожно заикался о «снятии геополитической напряженности» (то есть о капитуляции) в отношениях с Западом, то сейчас его сторонники продавливают практическую реализацию этого тезиса. Ясно, что за Курилами последуют и Крым, и Калининград, а за ними еще и Кавказ, и Поволжье, и в конце концов Сибирь. И это лишь вопрос времени: «коготок увяз – всей птичке пропасть».

Власти в этой ситуации важно понять, что компрадорский компромисс по Курилам, на который она намекнула в Сингапуре, целиком и полностью пойдет в копилку олигархов, расширит их финансовые возможности, ослабив позиции власти еще одним, возможно решающим, шагом, ведущим к разрыву с народом. Именно по этой схеме в феврале 1917 года буржуазия, опирающаяся на внешние силы, валила монархию.

И чтобы в полной мере осознать нынешнюю коллизию, власти следует вернуться к событиям 2001-2003 годов, и, подняв в памяти их детали, дать себе ответ на вопрос о том, что случилось бы со страной, если бы Ходорковского тогда не остановили. И перекинув мостик в современность, осознать, что сегодняшний «коллективный Ходорковский», во-первых, намного многочисленнее прежнего, а во-вторых, свил гнездо, создав систему альянсов, уже не только в законодательных, но и в исполнительных органах власти. Со всеми вытекающими из этого «оранжево-февральскими» перспективами, включая неизбежную в случае приближающегося «большого шухера» натовскую оккупацию.

Павленко Владимир